5 октября Вацлаву Гавелу исполнилось бы 80 лет. Его уже пять лет как нет в живых, он уже тринадцать лет как отошел от власти. В 2007 году я присутствовал на ассамблее "Другой России"; с трибуны сообщили, что Гавел в Москве и собирался приехать, но не смог из-за плохого самочувствия. Хорошо помню свое тогдашнее сожаление, но и оно было вызвано именно тем, что конференцию собирался посетить не действующий политик, а некий "моральный авторитет" из прошлого (по крайней мере, так мне казалось тогда). А три года назад я приехал в Прагу по журналистской стипендии его имени!
Но вот удивительно: на имя Гавела я стал все чаще натыкаться в политических новостях и дискуссиях последнего времени. Например, летом киевляне проголосовали за переименование в честь чешского президента бульвара Ивана Лепсе (официально бульвар пока так и не переименован, а голосование в интернете прошло всего через пару недель после появления в Киеве проспекта Бандеры). Тогда же, в июле, гавеловской премии лишили Петра Павленского.
Петра Павленского лишили премии Вацлава Гавела.Это очень глупый и некрасивый поступок организаторов премии. Вацлав Гавел был бы не доволен.
— Gerbert Morales (@Gerbert_Morales) 8 июля 2016 г.
Вацлав Гавел был категорическим противником насилия, так что этот отказ вполне обоснован https://t.co/XAal2EjIwy
— Борис (@Flamsbanen) 8 июля 2016 г.
Когда на думских выборах начало раскручиваться совершенно бессмысленное и никому не нужное противостояние Андрея Зубова и Марии Бароновой, один вполне уважаемый человек написал, что профессор Зубов скорее, чем кто бы то ни было еще, мог бы стать русским Гавелом (проклятый "Фейсбук" не дает мне найти ссылки, затерявшиеся где-то несколько месяцев назад). В сентябре, когда Михаил Ходорковский запустил свой проект "Вместо Путина", один из экспертов предложил кандидатуру нашей коллеги Елены Рыковцевой, написав в пояснении, что "русский Гавел" – это как раз она (насколько я знаю, Елена взяла самоотвод. Сейчас ее имени в списке кандидатов нет).
Что касается киевского бульвара, то я надеюсь, что переименование благополучно завершится, а еще через несколько лет улица Гавела появится и в Москве или других российских городах. Во всем остальном я вижу одно явное злоупотребление и одно явное заблуждение.
Злоупотребление – говорить от имени Гавела. Гавел одобрил бы, Гавел не одобрил бы, Гавел был бы согласен, Гавел был бы не согласен... Все это похоже на довлатовский "Филиал": "Солженицын вас за это не похвалит" и "Сахаров вам этого не простит".
Заблуждение же состоит в том, чтобы вообще искать "русского Гавела". Во-первых, откуда такой оптимизм? Почему в новый переходный период Россию поведет обязательно Гавел? Почему не "русский Гамсахурдиа" или "русский Милошевич"?
Дело не в отдельных персоналиях, дело за всем обществом. Представление о "прогрессорах" слишком наивно
Во-вторых, история вообще-то не повторяется. Современная Россия – это не Чехословакия и не Чехия. Можно поискать кинохроники 1989 года и посмотреть, как коммунистическая сволочь лихо колошматит людей дубинками на пражских мостовых. На этом сходство закончится – в том месте, в котором чехословацкие коммунисты сдались и начали постепенно отдавать власть, путинский режим только войдет во вкус.
В-третьих, даже есть часть российских интеллектуалов и тоскует по фигуре вроде Гавела, они все равно не смогут себе его выбрать. Кто-то назовет Зубова, кто-то Шлосберга, кто-то еще кого-то, эта игра бесконечна.
В-четвертых, Гавел-политик далеко не всегда был достоин наследия Гавела-диссидента, так считали многие, даже вполне доброжелательные к нему современники. И это еще один урок – дело не в отдельных персоналиях, дело за всем обществом. Представление о "прогрессорах" слишком наивно.
Солженицын писал о том, чтобы "жить не по лжи", – сейчас эти старые слова стерлись, оставив после себя только издевательские сетевые словечки "неполживый" и "неполживость". Гавел предлагал "жить в правде". Тоже банальность, но, видимо, неизбежная. А еще она хороша тем, что для нее не нужен сам Гавел: ни как арбитр, ни как высшая моральная инстанция, ни как бесспорный пример для подражания.
Иван Беляев – журналист Радио Свобода